- Сообщения
- 7.805
- Реакции
- 10.690
Эта часть серии держится за то, что можно проверить документами, а не за то, что хорошо выглядит в заголовках. Вокруг темы семейных кланов быстро нарастает мифология и политическая риторика, поэтому здесь два правила. Первое: происхождение, семейная фамилия и диаспорные связи не являются доказательством преступности. Второе: когда речь идет об организованной преступности, ключевым остается механизм, то есть как именно делаются деньги, как обеспечивается молчание, как легализуется доход, как держится контроль над людьми и бизнесом. Поэтому ниже будет не рассказ про общины, а погруженная, документируемая картина по Германии и по Латинской Америке, где в публично доступной фактуре чаще видны финансовые и торговые схемы.
Если отбросить легенды и взять сухую немецкую методику, полиция Берлина прямо разводит понятия. В их определении клан это неформальная социальная организация, а клановая преступность это именно делинквентное поведение отдельных членов, где принадлежность к клану выступает связующим фактором, который облегчает совершение преступлений или мешает расследованию. Там же отдельно сказано, что принадлежность к клану нельзя приравнивать к преступности, и полиция подчеркивает, что меры направлены на криминальное поведение конкретных лиц и структур. Это важная рамка, потому что она задает тон для всей темы: речь не про этническую этикетку, а про определенный тип организованного поведения и устойчивых доходов. У Берлина есть еще одна деталь, которую часто теряют в пересказах. В официальном отчете за 2024 год полиция фиксирует, что релевантные лица этих криминальных структур в Берлине имеют семейно-социальные связи, которые преимущественно отсылают к mhallami курдскому, ливанскому или палестинскому пространству, и отдельно уточняет, что миграционные биографии нередко связаны с военной миграцией из Ливана. Это не объяснение преступности, а описание текущей фактуры и того, почему в Берлине эта тема стала отдельным направлением. Берлинский отчет называет типичными вполне конкретные отрасли: кальянные, пункты скупки и продажи, ювелирные, строительные фирмы, прокат автомобилей, а также активности вокруг отмывания денег и инвестирования бывших криминальных доходов в легальный сектор. Это именно инфраструктура, где наличные, доверие своим и контроль над персоналом дают преимущества, а доказуемость для следствия часто становится сложнее. В этом же документе отдельной проблемой названы альтернативные способы урегулирования конфликтов через параллельных посредников, а также давление на свидетелей и потерпевших через запугивание, угрозы или финансовые соглашения, плюс конспиративные практики вроде уничтожения и изъятия доказательств. В клановой среде уличный ресурс и репутация могут конвертироваться в деньги только тогда, когда есть точки, где деньги проходят без лишних вопросов. Поэтому земля таких сетей часто не в киношном образе босса в кресле, а в бизнесе с наличной выручкой, в серой торговле, в услугах, где можно выставлять фиктивные счета, дробить платежи и прятать происхождение наличных. Дальше подключаются классические инструменты организованной преступности: распределение ролей, страх свидетелей, зависимость сотрудников, свои посредники, логистика и легализация.
В 2019 году в земельном криминальном ведомстве создан центр анализа и координации по борьбе с криминальными структурами, а в качестве рамки называется межведомственный пятипунктовый план, где одним из центральных пунктов отдельно стоит изъятие имущества, плюс усиление финансового контроля и контроля за отмыванием денег и проверки бизнеса. Это хорошая подсказка читателю: государство воспринимает клановую преступность не как полиция против уличной банды, а как комплексную проблему денег, бизнеса и доказательств. Данные в таких отчетах полезны ровно тем, что показывают масштаб учета без натяжек. В Берлине в рамках учетной логики на начало января 2025 года фигурируют 616 лиц, по которым в полицейской системе был отмечен признак клановая преступность или окружение. Из них 545 отнесены к категории клановая преступность, 71 к окружению. Показательно, что в таблице гражданств большинство указано как граждане Германии, а дальше идет блок неизвестно или неуточнено и уже затем отдельные гражданства, включая ливанское и сирийское. То есть официальная статистика не подтверждает популярный медийный образ все это про иностранцев, и это еще одна причина писать осторожно и строго.
Ограбление в Боде музее и монета Big Maple Leaf хорошо читаются как механика доступа и быстроты. Монета весила более 100 кг, ее оценочная стоимость в источниках указывается примерно как 3,3 млн евро, а сам факт воровства датируется 27.03.2017. Для темы кланов важен не сам объект, а то, что дело дошло до реальных сроков и до стадии, когда решение закрепилось как окончательное. Берлинский суд в 2020 году сообщал о частичной окончательности приговора, а юридическая пресса в 2021 году писала о подтверждении приговоров на уровне федеральной инстанции. В пересказе механизма видно, что подобные преступления крайне редко живут сами по себе. Даже если похищенное затем растворяется и золото не удается отследить, всегда остается вопрос, где и как разрезали, кто принимал, кто продавал по частям, и какие легальные оболочки помогли превратить металл в деньги. Ограбление Зеленого свода в Дрездене 25.11.2019 показывает логику операции. В юридических обзорах подчеркивается, что были месяцы подготовки, что проникновение заняло минуты, что использовались инструменты и отвлекающие действия, а затем было уничтожение следов. Важные цифры для читателя здесь в том, что речь шла о 21 предмете и оценках порядка 116,8 млн евро стоимости похищенного, плюс более 1 млн евро сопутствующего ущерба. В 2023 году были вынесены приговоры, а в 2024 году окончательность закрепилась после того, как кассационные жалобы были отклонены. Эта история показывает и еще одну практическую сторону. Возврат значительной части похищенного и признания обвиняемых фигурируют как часть процессуальной логики, где государство стремится вернуть ценности, а обвиняемые снижают риски.
Если переместиться из музеев в современный наркорынок, документируемая картина становится еще более организованной по форме. В августе 2024 года совместный пресс релиз прокуратуры Дортмунда и земельного криминального ведомства Северного Рейна Вестфалии сообщал о депортации из Турции в Германию человека, которого в публикации назвали как Sammy Miri, разыскиваемого по эпизодам торговли кокаином в составе группы. Там же описано, что задержание произошло 16.03.2024 в Анталье, а после доставки в Германию 03.08.2024 ему были объявлены ранее выданные ордера, включая дополнительный ордер по эпизодам, которые, по версии следствия, совершались из Турции. В этой истории важно не имя как символ, а структура: годы розыска, международное взаимодействие, одновременная работа следствия и оперативных подразделений, а затем попытка собрать доказательства по трансграничной логистике. Северный Рейн Вестфалия интересен тем, что в 2025 году дал большие числа по своей стратегии бить по деньгам. На официальной странице МВД земли описан подход, где к борьбе привлекаются не только полиция, но и финансовые, налоговые, регуляторные и муниципальные службы. Там же приведены итоги за 2024 год в количественных показателях, которые полезны для понимания масштаба: 6.707 преступлений и 1.742 административных правонарушения в контексте учета клановой преступности, проведение масштабных мероприятий с проверкой около 1.700 объектов и участием почти 2.900 человек, а также изъятия, описанные как более 1,75 млн евро наличных и ценностей, около 200 единиц оружия и порядка 62 кг наркотиков. Читателю эти цифры дают простой вывод: государство считает, что без удара по наличным потокам и по бизнесу, который поглощает наличные, вся борьба останется разрозненной. В 2025 году завершился эпизод в многолетней истории вокруг бывшего управляющего рэпера Bushido, где в значимых частях были оправдания и сомнения суда в достоверности ключевых показаний, а итогом стала ответственность по конкретному составу, связанному с незаконными аудиозаписями. Для серии про организованную преступность это полезно как прививка от автоматизма: известная фамилия и многолетний спор не гарантируют большого уголовного финала. Иногда юридически финализируется не то, что обсуждали громче всего.
Теперь о Латинской Америке, где семейная клановость немецкого типа в источниках встречается реже, а чаще видны торгово-финансовые узлы. Здесь есть важная оговорка. Большая ливанская и сирийская диаспора в Латинской Америке в целом является частью легальной экономики и политики, а криминальный слой, попадающий в международные документы, обычно связан не с клановыми районами, а с инфраструктурой денег, контрабанды и трансграничной торговли. Один из самых документируемых узлов в официальных англоязычных источниках связан с зоной тройной границы Бразилии, Парагвая и Аргентины. В 2004 году Министерство финансов США в пресс релизе объявляло о включении Ассада Ахмада Барката и связанных компаний в санкционные списки, описывая финансовую поддержку Хезболлы и инфраструктуру сборов. В 2006 году был опубликован отдельный пакет, расширяющий описание сети и связанных структур. Это не приговор суда, а позиция ведомства в рамках санкционного режима, но для криминологической картины важно другое: государство описывает не людей с плохим характером, а финансовую сеть, торговые фирмы, денежные потоки и географический узел, который удобен для смешивания легального и нелегального. В 2018 году Reuters сообщал об аресте Барката в Бразилии по запросу Парагвая. В терминах проверяемых фактов это сочетание дает нам то, что нужно: есть дата, место, международная правовая связка и источник высокого уровня. А в терминах механизмов это показывает, как финансовые фигуры в торговых узлах могут быть объектом не только санкций, но и уголовного преследования через межгосударственные запросы. Чтобы понять, как такие узлы работают на практике, полезно смотреть не на легенды, а на документы по отмыванию. FinCEN в своем предупреждении описывает признаки финансирования и отмывания через внешнеторговые операции, где деньги могут прятаться в завышении и занижении счетов, фиктивных поставках, сложных цепочках посредников и смешивании наличных с выручкой от торговли. RAND в обзоре по присутствию Хезболлы в Латинской Америке собирает именно эту сторону истории, то есть торговые зоны, денежные механизмы и роль местных сетей. Эти документы не заменяют решений судов, но помогают увидеть, почему торговля и финансы так часто оказываются легальным фасадом для организованной деятельности.
Если собрать Германию и Латинскую Америку в одну холодную формулу, получится следующее. В Германии семейно связанные сети становятся заметны там, где есть городская инфраструктура наличных, давление на свидетелей и легальные оболочки для легализации дохода, а ответ государства строится вокруг межведомственных мер и изъятия активов. В Латинской Америке в наиболее документируемых сюжетах чаще видны торгово финансовые узлы, санкционные механизмы и отмывание через внешнеторговые операции. В обоих случаях организованная преступность держится не на происхождении, а на деньгах, доступе, логистике и способности превращать риск в рутину.
Этот обзор носит исключительно информационный характер и не является руководством к применению. Мы рекомендуем соблюдать законодательства любых стран! Автор не имеет конфликта интересов, статья подготовлена на основе открытых данных и рецензируемых публикаций, перечисленных по ходу текста или собраны в конце статьи. Этот материал был создан с использованием нескольких редакционных инструментов, включая искусственный интеллект, как часть процесса. Редакторы-люди проверяли этот контент перед публикацией.
Нажимай на изображение ниже, там ты найдешь все информационные ресурсы A&N
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
Если отбросить легенды и взять сухую немецкую методику, полиция Берлина прямо разводит понятия. В их определении клан это неформальная социальная организация, а клановая преступность это именно делинквентное поведение отдельных членов, где принадлежность к клану выступает связующим фактором, который облегчает совершение преступлений или мешает расследованию. Там же отдельно сказано, что принадлежность к клану нельзя приравнивать к преступности, и полиция подчеркивает, что меры направлены на криминальное поведение конкретных лиц и структур. Это важная рамка, потому что она задает тон для всей темы: речь не про этническую этикетку, а про определенный тип организованного поведения и устойчивых доходов. У Берлина есть еще одна деталь, которую часто теряют в пересказах. В официальном отчете за 2024 год полиция фиксирует, что релевантные лица этих криминальных структур в Берлине имеют семейно-социальные связи, которые преимущественно отсылают к mhallami курдскому, ливанскому или палестинскому пространству, и отдельно уточняет, что миграционные биографии нередко связаны с военной миграцией из Ливана. Это не объяснение преступности, а описание текущей фактуры и того, почему в Берлине эта тема стала отдельным направлением. Берлинский отчет называет типичными вполне конкретные отрасли: кальянные, пункты скупки и продажи, ювелирные, строительные фирмы, прокат автомобилей, а также активности вокруг отмывания денег и инвестирования бывших криминальных доходов в легальный сектор. Это именно инфраструктура, где наличные, доверие своим и контроль над персоналом дают преимущества, а доказуемость для следствия часто становится сложнее. В этом же документе отдельной проблемой названы альтернативные способы урегулирования конфликтов через параллельных посредников, а также давление на свидетелей и потерпевших через запугивание, угрозы или финансовые соглашения, плюс конспиративные практики вроде уничтожения и изъятия доказательств. В клановой среде уличный ресурс и репутация могут конвертироваться в деньги только тогда, когда есть точки, где деньги проходят без лишних вопросов. Поэтому земля таких сетей часто не в киношном образе босса в кресле, а в бизнесе с наличной выручкой, в серой торговле, в услугах, где можно выставлять фиктивные счета, дробить платежи и прятать происхождение наличных. Дальше подключаются классические инструменты организованной преступности: распределение ролей, страх свидетелей, зависимость сотрудников, свои посредники, логистика и легализация.
В 2019 году в земельном криминальном ведомстве создан центр анализа и координации по борьбе с криминальными структурами, а в качестве рамки называется межведомственный пятипунктовый план, где одним из центральных пунктов отдельно стоит изъятие имущества, плюс усиление финансового контроля и контроля за отмыванием денег и проверки бизнеса. Это хорошая подсказка читателю: государство воспринимает клановую преступность не как полиция против уличной банды, а как комплексную проблему денег, бизнеса и доказательств. Данные в таких отчетах полезны ровно тем, что показывают масштаб учета без натяжек. В Берлине в рамках учетной логики на начало января 2025 года фигурируют 616 лиц, по которым в полицейской системе был отмечен признак клановая преступность или окружение. Из них 545 отнесены к категории клановая преступность, 71 к окружению. Показательно, что в таблице гражданств большинство указано как граждане Германии, а дальше идет блок неизвестно или неуточнено и уже затем отдельные гражданства, включая ливанское и сирийское. То есть официальная статистика не подтверждает популярный медийный образ все это про иностранцев, и это еще одна причина писать осторожно и строго.
Ограбление в Боде музее и монета Big Maple Leaf хорошо читаются как механика доступа и быстроты. Монета весила более 100 кг, ее оценочная стоимость в источниках указывается примерно как 3,3 млн евро, а сам факт воровства датируется 27.03.2017. Для темы кланов важен не сам объект, а то, что дело дошло до реальных сроков и до стадии, когда решение закрепилось как окончательное. Берлинский суд в 2020 году сообщал о частичной окончательности приговора, а юридическая пресса в 2021 году писала о подтверждении приговоров на уровне федеральной инстанции. В пересказе механизма видно, что подобные преступления крайне редко живут сами по себе. Даже если похищенное затем растворяется и золото не удается отследить, всегда остается вопрос, где и как разрезали, кто принимал, кто продавал по частям, и какие легальные оболочки помогли превратить металл в деньги. Ограбление Зеленого свода в Дрездене 25.11.2019 показывает логику операции. В юридических обзорах подчеркивается, что были месяцы подготовки, что проникновение заняло минуты, что использовались инструменты и отвлекающие действия, а затем было уничтожение следов. Важные цифры для читателя здесь в том, что речь шла о 21 предмете и оценках порядка 116,8 млн евро стоимости похищенного, плюс более 1 млн евро сопутствующего ущерба. В 2023 году были вынесены приговоры, а в 2024 году окончательность закрепилась после того, как кассационные жалобы были отклонены. Эта история показывает и еще одну практическую сторону. Возврат значительной части похищенного и признания обвиняемых фигурируют как часть процессуальной логики, где государство стремится вернуть ценности, а обвиняемые снижают риски.
Если переместиться из музеев в современный наркорынок, документируемая картина становится еще более организованной по форме. В августе 2024 года совместный пресс релиз прокуратуры Дортмунда и земельного криминального ведомства Северного Рейна Вестфалии сообщал о депортации из Турции в Германию человека, которого в публикации назвали как Sammy Miri, разыскиваемого по эпизодам торговли кокаином в составе группы. Там же описано, что задержание произошло 16.03.2024 в Анталье, а после доставки в Германию 03.08.2024 ему были объявлены ранее выданные ордера, включая дополнительный ордер по эпизодам, которые, по версии следствия, совершались из Турции. В этой истории важно не имя как символ, а структура: годы розыска, международное взаимодействие, одновременная работа следствия и оперативных подразделений, а затем попытка собрать доказательства по трансграничной логистике. Северный Рейн Вестфалия интересен тем, что в 2025 году дал большие числа по своей стратегии бить по деньгам. На официальной странице МВД земли описан подход, где к борьбе привлекаются не только полиция, но и финансовые, налоговые, регуляторные и муниципальные службы. Там же приведены итоги за 2024 год в количественных показателях, которые полезны для понимания масштаба: 6.707 преступлений и 1.742 административных правонарушения в контексте учета клановой преступности, проведение масштабных мероприятий с проверкой около 1.700 объектов и участием почти 2.900 человек, а также изъятия, описанные как более 1,75 млн евро наличных и ценностей, около 200 единиц оружия и порядка 62 кг наркотиков. Читателю эти цифры дают простой вывод: государство считает, что без удара по наличным потокам и по бизнесу, который поглощает наличные, вся борьба останется разрозненной. В 2025 году завершился эпизод в многолетней истории вокруг бывшего управляющего рэпера Bushido, где в значимых частях были оправдания и сомнения суда в достоверности ключевых показаний, а итогом стала ответственность по конкретному составу, связанному с незаконными аудиозаписями. Для серии про организованную преступность это полезно как прививка от автоматизма: известная фамилия и многолетний спор не гарантируют большого уголовного финала. Иногда юридически финализируется не то, что обсуждали громче всего.
Теперь о Латинской Америке, где семейная клановость немецкого типа в источниках встречается реже, а чаще видны торгово-финансовые узлы. Здесь есть важная оговорка. Большая ливанская и сирийская диаспора в Латинской Америке в целом является частью легальной экономики и политики, а криминальный слой, попадающий в международные документы, обычно связан не с клановыми районами, а с инфраструктурой денег, контрабанды и трансграничной торговли. Один из самых документируемых узлов в официальных англоязычных источниках связан с зоной тройной границы Бразилии, Парагвая и Аргентины. В 2004 году Министерство финансов США в пресс релизе объявляло о включении Ассада Ахмада Барката и связанных компаний в санкционные списки, описывая финансовую поддержку Хезболлы и инфраструктуру сборов. В 2006 году был опубликован отдельный пакет, расширяющий описание сети и связанных структур. Это не приговор суда, а позиция ведомства в рамках санкционного режима, но для криминологической картины важно другое: государство описывает не людей с плохим характером, а финансовую сеть, торговые фирмы, денежные потоки и географический узел, который удобен для смешивания легального и нелегального. В 2018 году Reuters сообщал об аресте Барката в Бразилии по запросу Парагвая. В терминах проверяемых фактов это сочетание дает нам то, что нужно: есть дата, место, международная правовая связка и источник высокого уровня. А в терминах механизмов это показывает, как финансовые фигуры в торговых узлах могут быть объектом не только санкций, но и уголовного преследования через межгосударственные запросы. Чтобы понять, как такие узлы работают на практике, полезно смотреть не на легенды, а на документы по отмыванию. FinCEN в своем предупреждении описывает признаки финансирования и отмывания через внешнеторговые операции, где деньги могут прятаться в завышении и занижении счетов, фиктивных поставках, сложных цепочках посредников и смешивании наличных с выручкой от торговли. RAND в обзоре по присутствию Хезболлы в Латинской Америке собирает именно эту сторону истории, то есть торговые зоны, денежные механизмы и роль местных сетей. Эти документы не заменяют решений судов, но помогают увидеть, почему торговля и финансы так часто оказываются легальным фасадом для организованной деятельности.
Если собрать Германию и Латинскую Америку в одну холодную формулу, получится следующее. В Германии семейно связанные сети становятся заметны там, где есть городская инфраструктура наличных, давление на свидетелей и легальные оболочки для легализации дохода, а ответ государства строится вокруг межведомственных мер и изъятия активов. В Латинской Америке в наиболее документируемых сюжетах чаще видны торгово финансовые узлы, санкционные механизмы и отмывание через внешнеторговые операции. В обоих случаях организованная преступность держится не на происхождении, а на деньгах, доступе, логистике и способности превращать риск в рутину.
- Berlin.de - Lagebild Clankriminalität Berlin 2024 veröffentlicht (20.08.2025)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- Polizei Berlin - Lagebild Clankriminalität Berlin 2024 (PDF)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- Ministerium des Innern NRW - Kampf gegen Clankriminalität: Weniger Tumultlagen, mehr Razzien, mehr Vermögen vorläufig gesichert (2025)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- Landtag NRW - Dokument MMV18-4651 (PDF, 2025)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- Landgericht Berlin - Urteil im Fall des Diebstahls der Goldmünze "Big Maple Leaf" aus dem Berliner Bode-Museum teilrechtskräftig (22.09.2020)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- beck-aktuell - BGH bestätigt Verurteilung wegen Diebstahls der "Big Maple Leaf" aus Berliner Bode-Museum rechtskräftig (13.07.2021)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- beck-aktuell - Grünes Gewölbe: Urteil gegen Juwelendiebe rechtskräftig (12.04.2024)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- Presseportal - LKA NRW: депортация Sammy Miri и розыск по эпизодам торговли кокаином (05.08.2024)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- U.S. Treasury - Designates Assad Ahmad Barakat and entities in Tri-Border Area (10.06.2004)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- U.S. Treasury - Targets Hizballah fundraising network in Tri-Border Area (06.12.2006)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- FinCEN - Alert on Hezbollah financing and trade-based money laundering (PDF)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- Ministério da Justiça e Segurança Pública (Brasil) - Prisão de Assad Ahmad Barakat (21.09.2018)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- Gazeta do Povo - Brasil extradita para o Paraguai libanês preso em 2018 (01.07.2020)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- FATF - Egmont Group: Trade-Based Money Laundering: Trends and Developments (PDF, 2020)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- RAND - Hezbollah's Networks in Latin America: Potential Implications for U.S. Policy and Research (PDF, 2025)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- GovInfo - Hearing: Hezbollah in Latin America - Implications for U.S. Homeland Security (2011)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- AP News - US sanctions Lebanon-South America network accused of financing Hezbollah (12.09.2023)
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.Проверено 21.12.2025
Этот обзор носит исключительно информационный характер и не является руководством к применению. Мы рекомендуем соблюдать законодательства любых стран! Автор не имеет конфликта интересов, статья подготовлена на основе открытых данных и рецензируемых публикаций, перечисленных по ходу текста или собраны в конце статьи. Этот материал был создан с использованием нескольких редакционных инструментов, включая искусственный интеллект, как часть процесса. Редакторы-люди проверяли этот контент перед публикацией.
Нажимай на изображение ниже, там ты найдешь все информационные ресурсы A&N
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
