- Сообщения
- 4.404
- Реакции
- 4.898
Какие бы парадоксы и тайны ни сопровождали и смерть Людвига II, бесспорно одно — память о нем не умрет до тех пор, пока в альпийских горах будут стоять его фантастические замки, а в театрах мира будет звучать музыка Вагнера.
Никто и никогда не ответит на вопрос, что же на самом деле случилось июньской полночью 1886 года на берегу горного озере Берг.
Жители Баварии мирно спали, не предполагая, что в это время кучка ошарашенных людей, освещая фонарями мертвое лицо человека, вытащенного с мелководья, с ужасом узнает в нем своего короля.
Но таинственной была не только смерть баварского монарха Людвига II, вся его жизнь мало походила на реальность. И только величественные замки, фрагменты задуманной им «страны грез», свидетельствуют о том, что все было на самом деле.
Невзирая на то, что юный кронпринц воспитывался в обстановке, где всякое проявление собственной воли пресекалось, а естественное желание тепла и понимания высмеивалось, он очень скоро научился не тяготиться одиночеством.
Людвиг с увлечением занимался историей и литературой. С его богатой фантазией он легко сумел развить в себе способность перевоплощаться в величественные, полные высокой доблести персонажи.
Особую радость и гармонию с окружающим миром он испытывал, если вдруг ему выпадала возможность улизнуть от придворной толпы. Чаще всего это удавалось, когда двор, покинув мюнхенскую королевскую резиденцию, переезжал на лето в один из загородных дворцов.
Правда, и летом не все было хорошо. Отец заставлял юношу ездить на охоту, а у того вид убитых косуль вызывал припадки. На парадных же обедах и приемах наследник откровенно скучал.
Но в перечне светских удовольствий все же нашлось то, что превратилось у него в настоящую пожизненную страсть - театр. В день, когда Людвигу исполнилось шестнадцать, состоялась премьера оперы Рихарда Вагнера «Лоэнгрин». Он испытал глубочайшее потрясение от увиденного на сцене и решил во что бы то ни стало ближе познакомиться с композитором.
Но отец вовсе не намерен был потакать фантазиям сына. Он настоял, чтобы тот окончил университетский курс, и затем стал усиленно приобщать наследника к делам государственным и брать его в поездки по стране.
Все это оказалось очень кстати — Людвигу не исполнилось еще и 19, когда судьбе угодно было сделать его королем.
Коронационные торжества в Мюнхене вернули в город давно забытое веселье.
А Людвиг своей яркой внешностью олицетворял извечную мечту простого человека об идеальном правителе - добром и справедливом.
В этот начальный и, очевидно, самый светлый период правления молодого монарха сформировалось народное мнение о нем, как о человеке простом и великодушном, отважном и мудром.
Этот первый период правления выдавал в Людвиге осторожного, не по летам дальновидного политика. Он не уволил никого из старых министров, предпочитая избавить народ от резвых реформаторов. И придерживался прежнего государственного курса, лишь умело корректируя его.
Но государственные дела, которыми король занимался на удивление энергично, все-таки не могли отвлечь от того, чем была наполнена его душа Людвиг повелел разыскать композитора Вагнера и от своего имени предложил тому высочайшее покровительство.
В то время Вагнеру было уже за пятьдесят, он в расцвете творческих сил, но дела у него шли на удивление плохо — в Париже, где публика искала в музыке лишь развлечения, его оперы проваливались, антрепренеры искажали смысл сочиненных им мистерий, критики ополчились на его сочинения, а певцы не желали учить длинные и трудные партии.
Поэтому приглашение Людвига воспринялось Вагнером как добрый знак судьбы, а король и вправду искренне проникся его идеями о высоком предназначении искусства и уже уготовил Мюнхену роль всемирного музыкального центра.
Но окружение Людвига возненавидело Вагнера за то, что он сразу сделался другом короля, имел на него огромное влияние и к тому же получал весьма солидное ежемесячное вознаграждение.
Понимая, что разлучить короля с Вагнером будет непросто, сановники прибегли к коварному и, как оказалось, верному приему — распространению сведений, порочащих композитора. Осознавая, что авторитет Людвига в народных массах слишком велик, они винили во всех неприятностях не короля, а «алчного иностранца».
Прегрешения, приписываемые ему, разрастались, как снежный ком. В газетах началась настоящая травля. Министры уверяли, что Вагнер преследует политические цели и насаждает либерализм, духовенство возмущалось его безбожностью, бюргеры были уверены, что Вагнер подослан недругами Баварии, чтобы разорить казну.
Людвигу докладывали, что ни сегодня завтра в Мюнхене вспыхнут серьезные беспорядки и ситуация выйдет из-под контроля. Действовали чиновники слаженно и сообща.
Казначей вежливо отказался выдать Людвигу 7 миллионов марок из королевской казны на постройку театра. Тот обратился к ландстагу за ассигнованием из государственных сумм, и опять получил отказ. Власти столицы Баварии повели себя точно так же.
Людвиг пробовал настаивать. Тогда ему намекнули, что завтра его дворец может оказаться окруженным морем разъяренных людей, а защищать его будет некому.
Король был потрясен - рухнули его мечты, город бюргеров сделал свой выбор. Если бы он начал с модернизации армии, закупки оружия, строительства фортификационных сооружений, с войны, в конце концов, никому бы и в голову не пришло упрекать его в тратах.
Глубоко оскорбленный и замкнувшийся Людвиг продолжал защищать Вагнера с истинно королевской непреклонностью. Он не струсил, не стал заигрывать с толпой, напротив - убеждал Вагнера, что ни в коем случае нельзя сдаться на милость обывателя и отменять давно намеченной премьеры «Тристана и Изольды».
Вагнер был удручен всем происходящим и почти не выходил из дому.
В начале июня того же года, казалось, вся европейская знать и музыкальная элита собрались на премьеру «Тристана и Изольды». Представители прессы не исключали провала — все знали, что враждебная демонстрация во время спектакля подготовлена основательно.
Но ничто не могло противостоять шквалу восторга, когда закрылся занавес. Принцессы всех королевских домов Европы, забыв этикет, восторженно аплодировали. Мужчины, поднявшись с мест, кричали, требуя автора на сцену. Это был триумф.
Парижская пресса в те дни писала:
«Можно не сомневаться, что этот молодой король заставит о себе говорить. Король, который не чуждается высочайших проблем искусства - редкое явление в истории».
Со свадьбой юного короля тоже связана интересная история.«Ты счастливый человек, тебе не может противостоять ни одна женщина», — говорил дед Людвиг I своему внуку. Действительно, возле наследника, похожего на сказочного принца, женщины кружились толпами.
Тем более ошеломляющей стала новость, что король наконец выбрал себе невесту. В самом начале 1867 года он разбудил королеву-мать в 6 часов утра и попросил ее немедленно передать официальное предложение родителям избранницы. А в 9 утра состоялась помолвка.
Герцогиню Софию Людвиг знал с детства — она доводилась ему кузиной. К 20 годам она превратилась в красавицу, а живой характер многократно усиливал ее обаяние.
День свадьбы был выбран не случайно. 12 октября венчались и прадед Людвига, и дед, и отец. Была даже выделена значительная сумма денег для раздачи тем баварским невестам, которые будут венчаться в один день с королем.
В тот день в стране состоялась масса свадеб, но король накануне неожиданно перенес венчание и тянул с ним, пока в дело не вмешались родители невесты. Будущий тесть поставил Людвигу ультиматум - или тот женится 28 ноября, или он расторгает помолвку.
Людвиг воспользовался ситуацией и написал Софии: «Твой жестокий отец разлучил нас».
Расстроенная свадьба не помешала девушке благополучно выйти замуж за герцога Фердинанда фон Аленгона. Наверное, никто не радовался этой свадьбе так, как Людвиг. В своем дневнике он написал: «Какое облегчение! С Софией покончено».
Один-единственный раз за время своего правления Людвиг совершил путешествие по собственной стране. Строительство замков с совершенно невероятной, «сказочной», архитектурой занимало его намного больше, чем монарший долг.
Министрам приходилось разыскивать его, чтобы подписать важные указы. Король много пил (преимущественно шампанское и коньяк), днем отсыпался, а ночью бодрствовал.
На замки (самый знаменитый из них, Нойшванштайн, давно стал одной из главных туристических достопримечательностей Германии) он тратил чуть ли не все государственные средства, и долги его росли.
Потенциальные наследники объявили о «затмении разума» короля и его недееспособности. 8 июня 1886 года консилиум врачей признал его неизлечимо душевнобольным, а всего через несколько Людвиг дней погиб.
13 июня 1886 года король отправился на прогулку в замковый парк с профессором фон Гудденом. Профессор по невыясненным причинам отослал двух сопровождавших их санитаров обратно, и дальше они с королём пошли одни. Больше живыми их никто не видел.
Когда король и профессор не вернулись к восьми часам, начались их поиски. Мертвые тела пропавших обнаружили в воде Штарнбергского озера на мелководье, около 23:00 того же дня.
В том, что самого необычного короля убили, до сих пор уверены многие. Таинственная гибель монарха в мелкой воде у самого берега наводит его поклонников на совершенно невероятные догадки.
К тому же, расследование скоропостижной смерти короля было проведено наспех, свидетелей якобы не было, а официальный вердикт гласил - имела место попытка самоубийства, а спутник Людвига, профессор фон Гудден, погиб, пытаясь спасти своего пациента.
Но поклонники легендарного короля уверены, что его убили намеренно, и неустанно выступают с требованием провести эксгумацию останков монарха с использованием современной техники.
Их можно понять, есть множество вопросов, до сих пор остающихся без ответа:
Почему одежду короля (якобы с дырами от пуль) сразу же сожгли?
Почему часы короля остановились на 11 часов раньше, чем часы сопровождавшего его врача?
Почему тело короля сначала спрятали в доме лодочника, а затем этот дом сразу же снесли?
Почему рыбак, достававший тела из воды, поклялся не разглашать подробностей той роковой ночи?
Почему один из жандармов, охранявших замковый парк короля, вскоре умер по невыясненным причинам, а другой очень скоро эмигрировал в Америку?
Почему служащий тайной канцелярии Бисмарка находился в тот день поблизости - якобы совершенно случайно?
Частично на эти вопросы попытались ответить режиссер Лукино Висконти, снявший в 1972 году нашумевший фильм «Людвиг», авторы множества документальных и художественных книг, криминалисты-любители и историки-профессионалы.
Но загадка пока так и не разгадана.
