ИРМА ГРЕЗЕ, ЧУДОВИЩЕ

[DailyNews]

Люди входят в исторические хроники по разным причинам. Ирму Грезе мир запомнил, как одну из самых жестоких надзирательниц Аушвица, которая с удовольствием пытала женщин и отправляла их в газовую камеру.

Она выбирала для издевательств самых красивых девушек и женщин, и то, что она с ними делала, можно одновременно назвать и пыткой, и сексуальной забавой.

Жертвам, выжившим в лагере, Ирма Грезе приходила в ночных кошмарах до самой смерти.

Возможно, корни жестокости и озлобленности садистки кроются в ее детстве. Она была одной из пяти детей в семье Берты и Альфреда Грезе. Семья была неблагополучной - когда Ирме было тринадцать, ее мать узнала, что муж изменяет ей, и покончила с собой, выпив соляную кислоту.

Через два года после этого будущая надзирательница бросила школу, прониклась нацистской идеологией и стала яростной активисткой женского отделения Гитлерюгенда.

Некоторое время юная Ирма Грезе искала свое призвание и полгода проработала помощницей медсестры в эсесовском санатории Хоэнлихен. Но это место было для деятельной Ирмы слишком скучным, и в 18 лет она вступила в женское вспомогательное подразделение СС и переехала на женскую тренировочную базу рядом с Равенсбрюком, женским концентрационном лагерем.

После подготовки Грезе осталась в лагере в качестве волонтера и очень скоро получила пост надзирательницы. Чуть позже ее перевели в Аушвиц-Биркенау, тот самый печально знаменитый Освенцим, в котором Ирма Грезе окончательно стала собой.

В Освенциме за Ирмой Грезе прочно закрепилась репутация садистки и нимфоманки. Для охранников лагеря обоих полов она раз в неделю устраивала вечеринки со шнапсом и групповым сексом и поражала своей похотливой изобретательностью даже матерых гитлеровцев.

К женщинам-заключенным Грезе питала особенно нездоровую страсть. Она выбирала самых красивых из них, и не только заставляла их выполнять свои сексуальные фантазии, но и принуждала заниматься сексом между собой, наблюдая за происходящим.

После этого «в наказание за распущенность» надзирательница хлестала женщин плетью, пинала их носками своих остроносых ботинков, травила голодными собаками и заставляла часами держать над головами тяжелые камни.

Самое удивительное при этом, что находились девушки, которым, по каким-то загадочным причинам, Ирма симпатизировала. Это были члены лагерного оркестра, которые, помимо всего прочего, развлекали своей музыкой эсэсовцев.

В самом существовании такого оркестра была какая-то черная ирония. Одна из его участниц Иветт Леннон вспоминает, как заболела ее сестра, и ей пришлось, замирая от ужаса, лично обратиться за помощью к «ангелу Смерти» Ирме. Неожиданно та выразила сочувствие, нашла Иветт место на кухне и подарила ее сестре дополнительный паек, чтобы та могла встать на ноги.

Но это были единичные случаи, которые не меняли общей картины.

Вместо униформы ангел смерти Грезе носила обтягивающий голубой жакет, и даже хлыст у нее был с жемчужной инкрустацией. Ее элегантная внешность тоже была своего рода пыткой для коротко стриженых, грязных и одетых в лохмотья узниц концентрационного лагеря.

Заключенная Ольга Ленгель, чьи дети погибли в газовых камерах, в своих мемуарах «Пять дымовых труб» писала, что именно Ирма Грезе не только пытала и насиловала, но и занималась отбором женщин для газовых камер (в лагерных документах это называлось «специальное лечение») и для медицинских экспериментов доктора Менгеле.

При этом ее выбор падал не на слабых и «бесполезных» узниц, а на молодых и красивых, но уже поднадоевших ей сексуальных рабынь. Еще Ленгель упоминала, что у Ирмы были любовники среди влиятельных эсэсовцев, включая самого Йозефа Менгеле, знаменитого врача-садиста.

Особые отношения связывали Ирму Грезе с Йозефом Крамером, комендантом нацистского концентрационного лагеря Берген-Бельзен. Он часто приезжал в Освенцим, где подружка подбирала ему женщин по вкусу, которых после этого лично «наказывала за распущенность» и вносила в списки смертниц.

По иронии судьбы перед судом, который получил название «Бельзенский процесс», бывшая надзирательница стояла рядом с Крамером, и смертный приговор они выслушали одновременно.

В 1945 году Ирма попросила перевести ее в концлагерь Берген-Бельзен, под начало Крамера, и там же спустя месяц ее взяли в плен англичане. На момент прибытия британской армии в концлагере находились около 60 тысяч выживших и более 10 тысяч погибших узников. Надзирателей, в том числе Ирму, заставили копать для своих жертв братские могилы.

На Бельзенском процессе Грезе оказалась в числе 47 надзирателей, не пожелавших хоть как-то раскаяться признать свою чудовищную вину. Сексуальная садистка ни на секунду не усомнилась в своей правоте и правильности своего выбора.

Ирму вместе с другими работниками лагеря приговорили к повешению. Ночью, накануне казни, она громко пела нацистские песни, а утром шла к виселице, не дрогнув. Когда на ее шею набросили веревку, она резко скомандовала: «Scnheller!» («Быстрее!») и гордо вскинула голову.

На момент казни «ангелу Смерти» Ирме Грезе было 22 года.